Продолжая идти по следам истории и вдохновившись статьей «По зову предков, или что мы знаем о бессарабской Бразилии?» мы решили продолжить цикл статей о судьбах эмигрантов из Бессарабии. Мы действительно мало знаем о судьбе своих родственников, некогда эмигрировавших из Бессарабии в Южную Америку, которая стала для них второй родиной. И таковых у ныне живущих в Болградском районе немало. Поэтому очень кстати пришло сообщение из с.Кубей от Мирона Дерменжи и Ивана Киора, которые, как оказалось, в 1989 году уже рассказывали в газете Болградского района «Дружбе» о болгарине из села Виноградное – Стефане (Степане) Кинчеве, некогда тоже отправившемся за лучшей жизнью через Атлантический океан.

ЛИСТАЯ СТАРЫЕ ПОДШИВКИ ГАЗЕТЫ “ДРУЖБА”

Подняв старые подшивки «Дружбы», мы нашли эти публикации тридцатилетней давности Мирона Дерменжи и Ивана Киора – «Родом из Бессарабии» и «Родину забыть нельзя». Судя по ним, упомянутые авторы в свое время тоже узнали о своем бразильском земляке совершенно случайно, – листая подшивки журнала «Родолюбие», издававшегося в тогда еще Народной Республике Болгария. Статья в одном из них – «Корни на бразильской земле» Румена Стоянова и поведала кубейцам о Стефане Михайловиче Кинчеве, уроженце села Гасан-Батыр, ныне Виноградное Болградского района.

«…Родился С. М. Кинчев 22 марта 1895 года в бессарабском селе Гасан-Батыр. Его прадед Василий Кинчев был старостой села Карапча, расположенного возле Тунджи (Болгария). За храбрость дед Васил был прозван Визирем. Это прозвище перешло к его потомкам, переселившимся в Бессарабию между 1812 и 1822 годами.

Кинчев Стефан Михайлович

Стефан Кинчев был младшим ребенком в многодетной семье пастуха, которая жила очень бедно. Спустя восемь лет после смерти отца тринадцатилетний Стефан перебрался в соседнее немецкое село Каргиз батрачить у кузнеца. Через год, не выдержав тяжелого труда, он убежал оттуда. С десятью копейками и куском хлеба пошел он в Болград, где два года работал в механических мастерских. Вернувшись в родное село, парень стал работать у своего брата Николая. В 1914 году, когда вспыхнула Первая мировая война, девятнадцатилетний юноша был призван на военную комиссию в село Ивановка Болгарская (ныне – Новоивановка), но его находят негодным к военной службе. По его настоятельной просьбе был взят добровольцем в кавалерию, а когда конница уже не принимала участия в военных действиях, Кинчев снова, по собственному желанию, идет на фронт в качестве переводчика болгарского и немецкого языков.

….Свою жизнь болгарин Кинчев описал в книге «Странната идея на един момък» («Странная идея одного парня»), которая вышла в 2-х томах в 1964-1965 гг. уже в Бразилии. Рассказывая о судьбе Степы Визирского, Кинчев еще раз прослеживает свой жизненный путь, забросивший его с семьей из Бессарабии через Румынию, Чехословакию и Атлантику в Бразилию. Это путь не только самого автора и его близких – всего 70 семей оставили Гасан-Батыр, насчитывавший тогда тысячу дворов. Именно последствия Первой мировой войны для Бессарабии вынудили Кинчева покинуть отчий дом в декабре 1925 года и переехать за океан. Через полгода одиннадцать семей останавливаются в Ларанжа Доси, штат Парана. Там переселенцы сталкиваются со многим необычным, впервые увидев зерна кофе и приняв их за фасоль, варят из них суп…». 

Именно в Бразилии раскрылся литературный талант Стефана Кинчева. Писательство позволяло ему, судя по всему, не разрывать духовную связь с родной и горячо любимой Бессарабией. О чем бы ни писал Кинчев, его всегда преследуют мысли и чувства глубокой любви к родной земле.

Книга написанная Стефаном Кинчевым

Как писали М. Дерменжи и И. Киор, только спустя полвека, в 1972 году, Стефан посетил свою малую родину – сначала побывал в Одессе, а потом и в родном Виноградном.  Именно эта поездка вдохновила его на написание поэмы «В СССР и  обратно», которая была опубликована в г. Корнелио Прокопио, штат Парана (Бразилия), где в то время и проживал автор.  «Стефан Кинчев, болгарин, которого тяжелая жизнь не смогла оторвать от языка и корней своих предков, является истинным патриотом», – в заключение своей первой публикации в «Дружбе» от 1989 года отметили Мирон Дерменжи и Иван Киор, обратившись с читателям газеты с просьбой поведать известные им сведения о С. Кинчеве. Совсем скоро на связь с авторами статьи вышли родственники эмигранта, которые в то время проживали в Болграде, – семья Марии и Михаила Митевых. Они поделились несколькими письмами Кинчева из Бразилии. Некоторые выдержки из них были приведены на страницах «Дружбы». В каждом послании из Южной Америки, написанном то на русском, то на болгарском языках, ощутимо  желание автора побольше узнать о событиях, происходящих в родном крае. Последнее  письмо С. Кинчева пришло к его родным в ноябре 1986 года. На этом связь с ним прервалась…

НЕИЗВЕСТНЫЙ БОЛГАРИН КИНЧЕВ

Я решила обратиться к всезнающему Интернету. И мое внимание привлекала статья на болгарском портале «ЛитерНет» – «Неизвестный болгарин Стефан Кинчев» доктора филологических наук из г. Бургас (Р. Болгария) Георгия Николова. К слову, эта единственная найденная подробная публикация о Кинчеве, и уже от того заслуживающая внимания.

«Имя Стефана почти неизвестно в Болгарии, – отмечает сразу автор, – хотя, он всегда хотел быть духовно принят своим народом. Я располагаю сведениями, которые позволяют очертить его жизненный и творческий путь…и основными источниками для этого по-прежнему служит его автобиографическое произведение «Странная идея одного парня», стихи и письма…».

По словам, Георгия Николова, его переписка с болгарским писателем из Бразилии началась после того, как в Комитете по делам болгар за границей ему удалось найти адрес Кинчева. Дело было в начале 80-х прошлого века. Однако, переписка оказалось недолгой из-за смерти писателя и, тем не менее, десяток его писем, по мнению Николова, ценны.  Ведь их автор повествует о своей непростой судьбе, жизни бессарабцев в Бразилии и своем становлении как писателя. Приведем некоторые интересные выдержки из этих писем, которые дополняют публикации Мирона Дерменжи и Ивана Киора.

Прежде всего, в одном из своих первых посланий болгарскому ученому Кинчев настаивает на том, что его фамилия пишется не через «ы», а через «и». Именно по этой фамилии его знали в родном Гасан-Батыре.

 «Я родился на кухне …часто болел, и мой отец дважды приходил с поля, оставляя своего ученика со стадом, чтобы похоронить меня. Но этого не произошло, я победил болезнь …» (письмо от 8 февраля 1985 года). В нем же он пишет: «Судьба привела меня сюда, в эту тропическую страну, в 31 год моей жизни, я прожил в Бразилии 59 лет».

Писатель также рассказывает, что по дороге в Южную Америку он потерял двоих из трех своих детей. В другом своем письме он сообщает, что живет в Бразилии в Корнелии Прокопии с дочерью Марусей и женой Ириной. Он упоминает несколько раз старшего брата Николая, который в свое время определил Стефана в двухгодичную школу (там Кинчев проучился всего год, так как у семьи не было денег на учебу), но почти ничего не рассказывает о родителях. Тем не менее, и эти, приведенные Николовым на сайте письма Кинчева, также наполнены ностальгией по малой родине, желанием отыскать родные корни и увидеть свое главное произведение «Странная идея молодого человека» – переведенным на болгарский язык. Но этого, увы, не случилось. Писатель-эмигрант скончался от рака в возрасте 90 лет в Бразилии, будучи на пенсии, на которую он вышел с должности механика железной дороги в Паране.

«Его тело осталось там, а его дух, его работа были завещаны болгарской родине», – отмечает Георгий Николов.

Творческая деятельность Кинчева не была столь обширной, как это могло быть. В основном, наш земляк писал художественную прозу, есть и несколько лирических произведений. В своем письме от 26 ноября 1984 года Стефан Кинчев сообщил, что написал еще ряд произведений, но их пришлось уничтожить.

«У меня было написано еще три книги: «Милан», «Правда или ложь» и  «Что означает честность», но я сжег их во время бразильской революции в 1964 году из-за цензуры, которой не нравилась моя русская, как они считали, фамилия». Самому автору удалось избежать ареста только благодаря тому, что его отношение к тогдашней политике Бразилии нашли беспристрастным. И все же, как было сказано уже выше, несколько его книг увидели свет, хоть и на португальском языке. Все произошло совершенно случайно. «Что касается моего творчества, я начал писать, будучи совсем молодым, и все свои рукописи хранил, как игрушку. Здесь, в Бразилии, перевел их на португальский, мне и на ум не приходило их напечатать. Однажды у меня на ночлег остановился один бразильский писатель, который познакомился с моими рукописями. Он и подтолкнул меня к тому, чтобы их опубликовать»,

рассказал в одном из своих писем Кинчев. Его книги напечатаны на португальском языке, и, как он сам отмечает, в их наборе было допущено много ошибок. «Но у них есть одно достоинство – они важны для тех болгар, которые вынуждены жить и работать вдали от своей родины», – подчеркивает Георгий Николов.

Художественное оформление главной книги эмигранта «Странная идея одного парня» уже во  многом передает настроение ее содержания – тоску по родине. Изначально предполагалось разместить на обложке эскиз ветряной мельницы, как символ привлечения болгар в Бразилию, с целью разбудить в них ностальгию. Но Кинчев от этакой символики отказался, так как мельница вызывала в нем негативные чувства, напоминая о трудной жизни на родине. В конечном итоге на титульном листе книги была изображена карта Европы и путь эмигранта Кинчева. Обложка одного из изданий также дополнена картой Бессарабии. Названия областей, городов и сел написаны на ней на латинице, и лишь одна область – Придунайский край – на кириллице. В самой книге есть рисунок, на котором изображены мужчины и женщины в болгарских национальных костюмах, танцующие хоро. Примечательно и то, что в этой книге есть и некоторые стихи автора. В тексте также используются болгарские народные песни, написанные на латыни, но на болгарском языке. Для того, чтобы они были понятны иностранному читателю, автор размещает здесь же их перевод на португальский язык. Сам стиль изложения произведения говорит о стремлении автора – познакомить иностранного читателя с болгарским образом жизни, с подробным описанием неизвестных ему предметов, обычаев и т. д.

Надо сказать, что и поэтическое творчество Кинчева нашло широкий отклик среди бразильцев. Издательский дом «Валтер Самариан» написал:

«Это бесконечное удовольствие представить здесь стихотворение нашего дорогого брата, поэта и писателя Стефана Кинчева к его 90-летию. Наше издательство открывает двери для тех, кто делает свои первые шаги в поэзии и встречается с силой творчества благодаря этому великому человеку – образцу любви к культуре, красоте, которыми наделена его поэтическая душа… Эти чувства являются выражением не только издательства, но и всего города, который поздравляет его с любовью … ».

Факсимиле Кинчева

Очень хочется, чтобы творчество нашего земляка Стефана Кинчева стало доступным его потомкам в Бессарабии и Болгарии. Не ради его посмертной славы. О ней писатель не мечтал и при жизни. Но, чтобы та любовь, которую он испытывал по отношению к родной земле, передалась с каждым его словом молодым болгарам. Уверена, только тогда неспокойная душа бессарабского эмигранта обретет, наконец, покой, когда завещанные им литературные плоды, наконец, найдут своих главных наследников.

Алла Кариза